Zum Schluß der Einleitung:

Den du nicht verlässest, Genius,
Wirst ihn heben übern Schlammpfad
Mit den Feuerflügeln;
Wandeln wird er
Wie mit Blumenfüßen
Über Deukalions Fluthschlamm,
Python tödtend, leicht, groß,
Pythius Apollo.

Und was sollen wir vor allem von den Griechen lernen? Durch unsere Philosophie nicht zum thatlosen Ausruhen, durch unsere Musik nicht zu orgiastischen Wesen zu werden? Vor dem Buddhaismus soll uns die Tragödie, vor dem Musikorgiasmus ebenfalls der Mythus in der Tragödie retten.

Das Volk der Perserkriege braucht die Tragödie.

Beispiel zu geben am Tristan, dritter Akt: welke Müdigkeit, zitternde Hand des Sterbenden, Verhauchen in Seufzern. Die Sehnsucht nach der Urheimat: der Kuhreigen der Metaphysik. “Sehnen—sterben,” krampfartiges Ausspannen der Seele, um zu flüchten, Hervorbrechen der Flügel.

Der Mythus stellt jetzt, zu unserer Beschwichtigung, das Bild dazwischen und das Wort.— Die Helden des Mythus sind Atlas ähnlich, sie tragen die Welt auf ihrem Rücken. Sie entlasten uns.— Wir begreifen hier, weshalb die Musik nach Bildern verlangt. sie will den heilenden Apollo. Das ist das Verhältniß des Dramas zur Musik.

Wir haben diesen Prozeß in größter Reinheit erlebt: jetzt erst verstehen wir die Tragödie in ihrer Bedeutung für die musikschwangere griechische Luft. Aus ihr geboren, um sie zu heilen. Jetzt verstehen wir, warum die in fortwährender Musik erzogenen Griechen um sich herum die herrlichsten Bildwerke hatten.

Wir, in der höchsten Begabung der Musik, sehen darin die einzige allgemeine Kunsthoffnung. Die Musik hat uns wieder den Mythus geboren: damit ist der Geist der Wissenschaft unterlegen. In allen Künsten sind wir die Kritiker: hier in der Musik sind wir noch volle lebendige Menschen. Hier liegen alle Hoffnungen.

An den Griechen können wir lernen, was wir selbst erfahren. Sie deuten uns unsre Erlebnisse. Sophokles wird von Asklepios besucht. So haben wir die Wagnersche Wiedergeburt der Tragödie zu verstehen. Aus sokratischen Menschen sollen wir wieder tragische Menschen werden—und für uns Deutsche ist das eine Wiederbringung aller Dinge, Unsere Perserkriege haben kaum begonnen.

Allein in der Musik sind wir noch nicht wissenschaftliche historische Menschen—wir leben noch bei Palestrina: ein Beweis, daß wir hier wirklich lebendig sind.

Deshalb steht das größte deutsche Kunstfest in Bayreuth einzig da: hier feiern die tragischen Menschen ihr Weihefest, zum Zeichen daß eine neue Kultur beginnt. Ein Zurückstreben zur Gesundheit.

Die Stellung des tragischen Menschen zum Wissen: er strebt nach der tiefsten Tiefe und läßt sich durch keine Erkenntniß—Illusion zurückschrecken, auch nicht in der Breite aufhalten—denn er hat sein wahres Mittel, das Dasein zu ertragen. Rücksichtslose Wahrheit.

Sonderbare Erzählung über Buddha, der in der Feier des Frühlingsanfanges, da mit dem zugleich der siegreiche Kampf des Stifters der Lehre gegen die falschen Lehren überhaupt festlich begangen wird — — —. Hier giebt er sich dramatischen Vorstellungen hin. Priester in orgiastischer Trunkenheit und Ausgelassenheit: Buddha selbst über seine Erlösung unzähliger Menschen, acht Tage lang weltl Ergötzungen.

“Rad Waserblase, hohle Bogenlinie.”

4. Dürer, Ritter Tod.
1. “Nach Rom oder nach Indien.”
3. Wiederherstellung des Mythus.
2. Tristan.
5. Die Lebendigen in der Musik.
6. Bayreuth.

Was bedeutet die Tragödie für uns?

Von den Griechen sollen wir das Wagnersche Kunstwerk verstehn.
Die Geburt der Tragödie.
Die Bedeutung der Tragödie.
Die gegenwärtige Verwirrung.

Palestrina und die Maler der Ren.
Die Verwirrung über Wagner.
Eine neue Kultur beginnt: zuerst müssen die Mittel da sein, um in ihr leben zu können.

К концовке Введения:

Кого Гений не покинет,
Того вознесет он на огненных крыльях
Над вязкой тропой;
И легкой походкой, как по цветам,
Пройдет он по топям Девкалиона,
Насмерть поразив Пифона, великий и легконогий
Пифийский Аполлон.

Чему должны мы прежде всего научиться у греков? Чтобы наша философия не привела нас к бездеятельному покою, чтобы наша музыка не превратила нас в существ, предающихся оргии? От буддизма должна нас спасти трагедия, от музыкальной вакханалии - тот же трагический миф.

Народ эпохи персидских войн нуждается в трагедии.

Показать это на примере Тристана, акт третий: усталая немощь, дрожащая рука умирающего, жизнь, уходящая с последним вздохом. Тоска по загробной родине; метафизическая пастораль. «Томление -смерть», душевная судорога, предвещающая побег, прорезание крыл.

Миф выдвигает теперь, чтобы нас умиротворить, посредствующий образ и слово. Герои мифа подобны Атласу, на спине они несут мир. Снимают с нас ношу.

Здесь мы понимаем, почему музыка требует образов: она томится по целителю Аполлону. Таково отношение драмы к музыке.

Мы пережили этот процесс в его полнейшей чистоте. Только теперь понимаем мы трагедию во всем ее значении для напоенного музыкой, беременного музыкой воздуха Греции. Трагедия родилась из него, чтобы принести исцеление. Теперь мы понимаем, почему греки, воспитанные в атмосфере непрекращающейся музыки, окружали себя великолепнейшими статуями.

Мы, наделенные высшим музыкальным даром, видим в ней единственную надежду на возрождение искусства вообще. Музыка вернула нам миф: дух науки потерпел тем самым поражение. Во всех искусствах мы критики: здесь, в музыке, мы все еще полнокровные, живые люди. Здесь - все надежды.

На примере греков мы можем научиться тому, что узнали и сами на своем опыте. Они толкуют наш опыт. Асклепий наносит визит Софоклу. Так должны мы понимать возрождение трагедии у Вагнера. Из сократических людей мы снова должны стать трагическими - и для нас, немцев, это есть возвращение всего. Наши персидские войны только начались.

Только в музыке мы еще не стали людьми, которых определяет наука и история: мы еще живем в творениях Палестрины, и это доказательство того, что мы действительно живые.

Вот почему величайший праздник немецкого искусства в Байрейте - событие, единственное в своем роде. Трагический человек празднует тут свое посвящение в знак того, что начинается новая культура. Стремление назад к здоровью.

Отношение трагического человека к знанию: он стремится к глубинам глубин и не удовлетворяется никакой иллюзией знания, а также широтой знаний - ибо он владеет истинным средством, помогающим выносить существование. Правда без компромиссов.

Удивительный рассказ о Будде, который на празднике начала весны, означающем в то же время и празднование победы основателя учения над учениями ложными — — —. Здесь он предается драматическим представлениям. Жрец в состоянии оргиастического опьянения и раскованности; сам Будда о спасении им бесчисленного количества людей, восьмидневные светские развлечения.

«Колесо, водяная мозоль, полая излучина».

4. Дюрер, Рыцарь Смерть.
1. «В Рим или в Индию».
3. Возрождение мифа.
2. Тристан.
5. Живые в музыке.
6. Байрейт.

Что означает трагедия для нас?

У греков должны искать мы помощи в понимании вагнеровского произведения искусства.
Рождение трагедии.
Значение трагедии.
Современная путаница.

Палестрина и художники Возрождения.
Смятение, вызванное Вагнером.
Начинается новая культура: сначала нужно иметь средства, чтобы уметь жить в ее условиях.